Основы учения Розенкрейца

Два природных порядка. Теперь, после того как мы дали краткое описание части фундаментальных положений философии Розенкрейца, рассмотрим некоторые из них более подробно. Начнём с уже упомянутых двух различных систем законов и условий, которые мы называем двумя природными порядками. Сумев понять, как эти две системы действуют, мы сможем осознать, почему наши поиски абсолютных ценностей, истинной чистой любви, божественной мудрости и прочих до сих пор не увенчались успехом.

Наш природный порядок — мир диалектики. Чувственный опыт говорит нам: всё, что возникает в окружающем мире, когда-нибудь оборачивается своей противоположностью. Такое непрерывное чередование противоположностей является фундаментальной сутью нашего мира. Стремясь к абсолютным ценностям, прочному миру, вечной любви и истине, мы зачастую упускаем из виду этот неотвратимый факт. Между тем простой логики достаточно, чтобы убедиться: всё, что возникает, когда-нибудь исчезает. Всё вокруг нас преходяще, ничто не является абсолютным.

Поразмыслите над этим немного. Не мы сами, не то, что мы делаем, — ничто из того, что мы способны создать, не сохраняется. Рано или поздно всё подвергается распаду и возвращается туда, откуда возникло. Мы — мимолётные существа постоянно меняющегося мира. В нашем мире нет ничего совершенного. Ничто не может длиться бесконечно. Изменения и смерть — вот два единственных закона, в постоянном действии которых мы можем быть абсолютно уверены. Они непоколебимо окружают нас, подобно тюремным стенам.

Этот факт подтверждают и Лао-цзы, и Будда, и все учителя великих мировых религий. Вспомните: не поражала ли вас когда-либо мысль о том, что, несмотря на всё очевидное несовершенство нашего мира, неизбежность изменений и разрушений, мы всё же жаждем совершенной жизни? Как вообще у смертных, тленных людей могла возникнуть сама идея об абсолютных ценностях, о вечном и бесконечном? Откуда она пришла к нам? Несомненно, не из этого мира, который мы видим вокруг себя.

Отметьте любопытный факт. Все мы твёрдо знаем, что когда-нибудь умрём, и всё же поддерживаем своего рода заговор молчания, некую иллюзию, в согласии с которой проживаем нашу жизнь так, словно смерти не существует. А если вы уже переживали потерю близких, то могли заметить, что какая-то часть вас никогда не сможет согласиться с тем, что близкий вам человек умер, что его больше нет. И это не зависит от того, верите вы в загробную жизнь или нет.

Откуда у нас эти страстные устремления к вечности, к абсолютному, когда все наши чувства доказывают нам, что ничего такого не существует? Ответ на этот вопрос как раз и содержится в рассматриваемой нами концепции двух природных порядков.

Золотой Розенкрейц называет тот природный порядок, в котором мы живём, миром диалектики. Мы используем слово «диалектика», потому что наш мир определяется постоянной сменой противоположностей. Этот диалектический мир включает в себя не только окружающую нас материальную, видимую часть, но и ту область, где обитают наши тонкие тела при жизни, когда мы спим, и после нашей смерти.

Изначальный божественный природный порядок в том же самом пространстве, помимо нашего диалектического мира и изолированно от него, представляет собой совершенно иной мир, принципиально иной природный порядок, отличительными свойствами которого являются совершенство, беспредельность и вечность. Розенкрейцер называет его Неподвижным царством, поскольку в нём не существует ни дуализма, ни чередования противоположностей. Там лишь вечное становление и развитие от силы к силе и от славы к славе.

Как видите, вечные ценности, абсолютная истина, свобода и любовь, к которым мы стремимся, действительно существуют, но не в нашем мире, не в том мире, которому мы сейчас принадлежим, не в мире диалектики.

Почему существует диалектический природный порядок? Чтобы понять, почему существует диалектический мир, вспомним, что в основе творения лежит план. Золотой Розенкрейц называет его божественным планом. Мы могли бы представить его себе в виде потока, текущего в определённом направлении к месту своего назначения и обладающего определённой движущей силой. Каждое создание вольно плыть вместе с потоком или выйти из него по желанию. До тех пор пока покинувшее поток создание неизменно возвращается в него и таким образом остаётся с ним в гармонии, поток несёт его дальше, и всё идёт хорошо.

Но если в соответствии со свободой воли такое создание будет постоянно стремиться к самоутверждению, действуя вразрез с божественной идеей, что тогда может произойти? Постараемся найти логический ответ на этот вопрос.

Можно представить, что случится, если продолжить нашу аналогию с потоком текущей воды. Когда некое создание стремится исключить себя из течения божественного потока, поскольку хочет удержать какие-то его аспекты, и делает это гораздо чаще, чем дозволяет поток, то добиться своего оно способно лишь посредством собственной кристаллизации, уподобившись тяжёлому камню в воде. В результате это создание уже не сможет больше получать помощь и поддержку потока, но, став преградой на его пути, будет ощущать его течение как серию ударов.

Это наиболее упрощённый образ того, как возникли два природных порядка: божественный, которым осуществляется помогающее, поддерживающее, постоянно развивающее воздействие божественного потока, и диалектический — известный нам мир, где корректирующее воздействие божественного потока направлено на то, чтобы не давать ничему устояться и постоянно возвращать всё к исходной точке.

Понимаете ли вы теперь, что подчинение второй, диалектической системе законов надёжно изолирует сознание от мира, в котором действует первая, божественная система; что, уклонившись от божественного плана, сознание оказалось в рядах того природного порядка, которому первоначально принадлежало? И так будет продолжаться до тех пор, пока оно не решит отказаться от своего «я» и вновь не начнёт руководствоваться в своей жизни этим планом.

Божественным планом предусмотрено нисхождение девственных божественных искр через космические планы во всё более низкие вибрации. После накопления опыта в низших сферах индивидуализированные искры должны постепенно воссоединиться друг с другом и возвращаться, обогащённые полученным опытом, в божественные сферы, из которых они спустились.

Однако большая группа существ, принадлежавших к человеческой жизненной волне, действительно решила своевольно отклониться от лежавшего в основе их существования плана. Уклонившись, эти существа изолировали себя от мира божественной природы и оказались запертыми в диалектическом мире. В результате все способности, которыми они обладали, пока подчинялись законам первой, божественной системы, в конце концов атрофировались. Они впали в сонное состояние, лишённые всякой возможности действовать, неспособные, будучи бессмертными, даже умереть.

Задача человечества. Теперь вы без особого труда можете мысленно представить себе мириады спящих, подобно семенам, искр падшего человечества, неспособных ни жить, ни умереть. Что надо сделать для спасения этих погружённых в глубокий сон существ, чтобы вернуть их к истинной жизни?

Для решения этой задачи требуются сознание и воля, которых нет у падших божественных созданий, пребывающих во сне. Откуда же их взять? Розенкрейцеры и учат, что наш человеческий род, каким мы его знаем, был создан именно с этой единственной целью — служить сознательному и добровольному возрождению в каждом из нас изначального божественного существа.

Таково призвание и назначение любого человека, и если мы преуспеем в этом, то и у нас будет возможность участвовать в вечной жизни. Мы, смертные, не являемся божественными существами, но несём их в себе как спящую искру. И в наших силах дать возможность этой спящей искре снова ожить и вернуться из изгнания домой — в божественный мир. Вот цель пробуждения божественной искры.

Причина, побуждающая нас испытывать острую тоску по абсолюту, истине и божественному. Теперь, наверное, стало намного понятнее. Как уже сказано, эта тоска действительно исходит не от нас, преходящих существ, а от божественной искры, которую мы носим внутри себя. Это её тоска по своему потерянному дому, по божественному миру, который она когда-то знала и где обитала.

Это стремление, которое может, как вы, вероятно, уже испытали на себе, перерасти во всепоглощающие голод и жажду, представляет собой первое биение просыпающейся божественной искры в вас. Поэтому такое внутреннее беспокойство, такая внутренняя устремлённость, которые побуждают вас к поиску, фактически являются самыми важными качествами, присущими вам как духовному искателю. Это те нити Ариадны, которые могут, если вы будете правильно на них реагировать, вывести вас из лабиринта.

Может быть, Спящая красавица ещё не проснулась, но она уже шевелится во сне, и это признак жизни, а где жизнь, там и надежда.